КРУТКОВ Юрий Александрович

КРУТКОВ Юрий АлександровичКРУТКОВ Юрий Александрович

КРУТКОВ Юрий Александрович (2.V.1890 - 12.IX.1952) — советский физик-теоретик, чл.-кор. АН СССР (1933). Р. Петербурге. Учился в Петербургском ун-те, посещал семинар, который проводил П. Эренфест в 1908 - 12. В 1913-14 стажировался у Г. Лоренца и П. Эренфеста, а затем у П. Дебая. В 1915 окончил Петроградский университет со степенью кандидата и был оставлен для приготовления к профессорскому званию. Был лаборантом Сельскохозяйственных курсов, затем работал физиком в Рентгенологическом и радиологическом институте и в Государственном оптическом институте. В 1919 г. Ю. А. Крутков начал преподавать на физико-математическом факультете Политехнического института. С 1921 - профессор Ленинградского ун-та. В 1922–1923  выезжал в Германию (посетил Берлин и Геттинген) и Нидерланды (посетил Лейден).. После возвращения в Петроград в 1924 г. работал в Главной палате мер и весов. В 1925–1926  провел 10 месяцев в Германии (посетил Берлин, Гамбург и Геттинген). В 1928 также провел два месяца в Германии, где вновь посетил Берлин и Геттинген.

Арестован в Ленинграде в ночь на 31 декабря 1936. Обвинен в том, что возглавлял контрреволюционную организацию научных работников Ленинграда. Уволен из ЛГУ 27 апреля 1937. Выездной сессией ВК ВС СССР 25 мая 1937 приговорен к 10 годам лишения свободы (статья 58, пункты 8 и 11). Имущество конфисковано. Сестра и жена высланы из Ленинграда. 29 апреля 1938 исключен из АН СССР Общим собранием АН, протокол №2, §5. Часть времени работал в КБ А.Н. Туполева. Освобожден досрочно в середине сентября 1946, но направлен "по вольному найму" в закрытое КБ (физический институт) в системе МВД (Агудзери, близ Сухуми в Абхазии). Вновь стал заведовать кафедрой теоретической механики в университете, но прописку имел лишь временную. Осенью 1949 получил распоряжение выехать на "101-й километр", и ЛГУ с трудом отстоял его право жить в Ленинграде. 8 августа 1957 года решением Военной коллегии Верховного суда СССР реабилитирован, 13 декабря 1957 Президиумом АН СССР посмертно восстановлен в правах члена-корреспондента АН СССР.

Основные работы в области квантовой теории, статистической механики, вращения твердых тел.
Его исследования адиабатических инвариантов имели важное значение для теории атома, а исследования по механике — для теории гироскопов. В 1931 совместно с академиком А.Н. Крыловым прочел курс лекций для конструкторов аэронавигационных приборов "О теории гироскопов". Эти лекции вошли целиком в изданное Академией наук сочинение "Общая теория гироскопов". Эти лекции являлись основным руководством на русском языке при расчете и при проектировании гироскопов.
Работы посвящены также броуновскому движению, теории упругости и др.  Работа Круткова "О броуновском движении" дала ему повод применить его общую методу к исследованию качки корабля на неправильном волнении и имеет большую практическую важность.
Был блестящим лектором и популяризатором физики.
Сыграл значительную роль в организации и становлении теоретической физики в СССР.
Известна его роль в дискусии между Альбертом Эйнштейном и А. А. Фридманом — он убедил Эйнштейна в ошибочности его критики работ А. А. Фридмана.

Государственная (сталинская) премия СССР 1952 ("за выполнение специального задания Правительства").

Из книги Г. Озерова (Л. Л. Кербер) "Туполевская шарага":Второе изд. Possev-Verlag, V.Gorachek K.G., Frankfurt/Main, 1973
 

Юрий Александрович Крутков, наш Вольтер, с язвительной физиономией, полной сарказма, оживший бюст Гудона. Всесторонне образованный эрудит и энциклопедист, он очаровывал всех тонкостью своих суждений. В ЦКБ-29 академик Крутков был доставлен из Канских лагерей, где работал уборщиком в бараке уголовников. «Неплохая работа, знаете ли, главное, поражала тонкость оценки твоего труда – иногда побьют, иногда оставят покурить. Должен заметить, студенты моего университета были менее притязательны и ни разу меня не били, правда, курить давали безропотно и даже не окурки».
Он же рассказывал, как получил вместе с уборщиком соседнего барака задание напилить дров. Два пожилых человека, закутанные в лохмотья, грязные, обросшие седой щетиной, медленно тянут пилу. Между ними состоялся такой диалог:
– Ты откуда?
– Из Ленинграда.
– А ты?
– Оттуда же.
– Где работал?
– В Академии наук.
– А ты где?
– Там же.
– Ну уж брось, я там почти всех знал. Как твоя фамилия?
– Крутков.
– Юрий Александрович? Бог мой, я Румер, помните лестницу, Ломоносовскую мозаику, ради Бога, не обессудьте, не узнал.
– Полно, полно, Юрий Борисович, кто здесь узнает. Но не обессудьте, пошел барак топить, а то, сами знаете, побьют, да и только.
Ю. А. работал в расчетном отделе ЦКБ и был консультантом и арбитром во всякого рода сложных технических спорах. Помимо всего прочего, он был великолепнейшим рассказчиком, и мы наслушались от него многих удивительных историй из жизни академиков С. Ф. Ольденбурга, А. П. Карпинского, А. Ф. Иоффе, А. Н. Крылова, которых он хорошо знал. После атомной шараги его освободили, и он вернулся в любимые им Ленинград и Университет.

Литература:

  1. Автобиография
  2. В.Я. Френкель. Юрий Александрович Крутков. УФН т. 102,  639–654 (1970)

Теги: